Ockar

Пользователи
  • Публикации

    229
  • Зарегистрирован

  • Посещение

  • Дней в лидерах

    3

Последний раз Ockar выиграл 18 января 2016

Публикации Ockar были самыми популярными!

Репутация

47 Очень хорошо

О Ockar

  • Звание
    Регулярный посетитель
  • День рождения 29.07.2011

Информация

  • Пол
    Мужчина
  • Город
    РФ
  • Интересы
    Всегда
  • Авто
    LR D1
  1. В этой статье перечислено некоторое количество частных фабрик и заводов , посмотри может подойдет что нибудь по аббревиатуре. Развитие военно-промышленного комплекса Российской Империи в годы Первой Мировой Войны ч.II corporatelie May 16th, 2011 Продолжение статьи Барабанова о ВПК Империи в годы Первой Мировой Войны. Первую часть можно прочитать здесь,-http://corporatelie.livejournal.com/16905.html Артиллерийские снаряды калибра 3 дм. Рассужения о снарядах есть любимая тема критиков русского ВПК в ПМВ, при этом как правило сведения о снарядном голоде 1914-1915 гг. совершенно неправомерно переносятся на более поздний период. Еще меньшая осведомленность проявляется в вопросе о производстве снарядов тяжелой артиллерии. Производство 3-дм снарядов перед ПМВ осуществлялось в России на пяти казенных (Ижевском сталелитейном, а также Пермском, Златоустовском, Олонецком и Верхнетуринском горного ведомства) и 10 частных заводах (Металлический, Путиловский, Николаевский, Лесснер, Брянский, Петроградский механический, Русское общество, Рудзский, Лильпоп, Сормовский), а до 1910 г. – и двух финских заводах. С началом войны снарядное производство претерпело быстрое расширение, как путем увеличения производства на упомянутых заводах, так и путем подключения новых частных предприятий. Всего к 1 января 1915 г. заказы на 3-дм снаряды были выданы 19 частным предприятим, а к 1 января 1916 г. – уже 25 (и это без учета организации Ванкова) Основную роль в снарядном производстве по линии ГАУ сыграли Пермский завод, а также Путиловский завод, объединивший в итоге вокруг себя ряд других частных предприятий (Русского общества, Русско-Балтийского и Коломенского). Так, Пермский завод при годовой расчетной мощности 3-дм снарядов в 500 тыс единиц уже в 1915 г. дал 1,5 млн. снарядов, а в 1916 г. – 2,31 млн. снарядов. Путиловский завод со своей кооперацией изготовил за 1914 г. всего 75 тыс. 3-дм снарядов, а в 1916 г. – 5,1 млн. снарядов. Если в 1914 г. вся русская промышленность изготовила 516 тыс. 3-дм снарядов, то в 1915 г. – уже 8,825 млн по данным Барсукова, и 10 млн. по данным Маниковского, а в 1916 г.- уже 26,9 млн. выстрелов по данным Барсукова. «Всеподданейшие отчсеты по военному министерству» приводят еще более значительные цифры подачи 3-дм снарядов русского производства в армию – в 1915 г. 12,3 млн. снарядов, а в 1916 г. - 29,4 млн. выстрелов. Таким образом, годовой выпуск 3-дм снарядов в 1916 г. практически утроился, а месячное производство 3-дм снарядов с января 1915 г. по декабрь 1916 г. выросло в 12 раз! Особо следует отметить известную организацию уполномоченного ГАУ Ванкова, которая сорганизовывала большое количество частных предприятий на выпуск снарядов и сыграла выдающуюся роль в мобилизации промышленности и раскрутке снарядного производства. В общей сложности к производству и кооперации Ванковым было привлечено 442 частных завода (!). С апреля 1915 г. организация Ванкова получила заказы на 13,04 млн. 3-дм гранат французского образца и 1 млн. химических снарядов, а также 17,09 млн. запальных стаканов и 17,54 млн. детонаторов. Выдача снарядов началась уже в сентябре 1915 г., до конца года изготовила 600 тыс. снарядов, а в 1916 г. организация Ванкова изготовила около 7 млн. снарядов, доведя выпуск до 783 тыс. в декабре 1916 г. К концу 1917 г. было изготовлено ею 13,6 млн. 3-дм снарядов всех типов. Ввиду успешности работы организации Ванкова ей в 1916 г. было выдано заказов дополнительно на выпуск 1,41 млн. тяжелых снарядов калибром от 48 лин до 12 дм, а также 1 млн. снарядов (57, 75 и 105 мм) для Румынии. Организация Ванкова в кратчайший срок поставила новое для России производство тяжелых снарядов из сталистого чугуна. Как известно, именно массовый выпуск снарядов сталистого чугуна в значительной мере способствовал разрешению снарядного кризиса во Франции. Начав выпуск таких снарядов в России в конце 1916 г., организация Ванкова практически полностью выполнила заказы по отливке всех заказанных тяжелых снарядов к концу 1917 г. (хотя ввиду развала обработано было только около 600 тыс. из них). Наряду с этим продолжались усилия по расширению выпуска 3-дм снарядов и на казенных предприятиях. На 1917 г. было запланировано довести выпуск 3-дм снарядов на Ижевском заводе до 1 млн в год, кроме того, 1 млн. 3-дм снарядов в год планировались к выпуску на новом строящемся крупном Каменском казенном сталелитейном заводе (о нем ниже). Добавим, что за границей было заказано 56 млн. выстрелов к русским 3-дм орудиям, из которых 12,6 млн. по данным «Всеподданейшего отчета» поступило в 1916 г . (обращает внимание, что Барсуков вообще дает по многим позициям более низкие цифры, чем «Отчеты»). В 1917 г. ожидалось поступление 10 млн. снарядов «моргановского» заказа из США и до 9 млн. канадского заказа. Оценочно в 1917 г. ожидалось получение до 36 млн. 3-дм выстрелов от русской промышленности (с учетом организации Ванкова) и до 20 млн. по импорту. Такое количество превышало даже самые максимальные возможные пожелания армии. Здесь следует отметить, что на почве снарядного кризиса начала войны русское командование в 1916 г. было охвачено чем-то вроде психопатии в плане запасания снарядами. За весь 1916 г. русской армией, по разным оценкам, было израсходовано 16,8 млн. снарядов калибра 3 дм, из которых 11 млн. – в пять летних месяцев наиболее интенсивных боев, и не испытывая особых проблем с боеприпасами. Напомним, что при таком расходе реально Военному ведомству в 1916 г. было поставлено уже до 42 млн. снарядов. Летом 1916 г. ген. Алексеев в записке требовал на будущее подачи 4,5 млн. снарядов на месяц. В декабре 1916 г. Ставка сформулировала потребность в 3-дм снарядах на 1917 г. откровенно завышенной цифрой 42 млн. штук. Упарт в январе 1917 г. занял более разумную позицию, сформулировав требования подачи на этот год 2,2 млн. снарядов в месяц (или 26,6 млн. всего). Маниковский, впрочем, и это считал завышенным. В январе 1917 г. Упарт заявлял, что годовая потребность в 3-дм снарядам «удовлетворяется с избытком» и что к 1 января 1917 г. в армии имелся запас 3-дм выстрелов в 16,298 млн штук - иными словами фактический годовой расход 1916 г. В течение первых двух месяцев 1917 г. подавалось на фронт примерно по 2,75 млн. 3-дм выстрелов. Как мы видим, практически все указанные расчеты с лихвой покрывались бы в 1917 г. только русским производством, и скорее всего к 1918 г. русская легкая артиллерия подошла бы с откровенным затовариванием боеприпасами, а при сохранении и хотя бы ограниченном наращивании темпов производства и поставок к концу 1918 г. склады бы вообще ломились бы от огромных запасов 3-дм снарядов. Тяжелые артиллерийские снаряды. Основным производителем тяжелых снарядов сухопутной артиллерии (калибра более 100 мм) до ПМВ были Обуховский завод, Пермский завод, а также три других указанных выше завода горного ведомства. На начало войны четыре горных завода (включая Пермский) имели в работе уже 1,134 млн (!) снарядов калибров 42 и 48 лин и 6 дм (без учета более тяжелых), еще 23,5 тыс. снарядов имело в заказе Русское общество. С началом войны были сделаны экстренные заказы еще на 630 тыс. выстрелов тяжелой артиллерии. Таким образом утверждения о якобы малом количестве выпуска тяжелых снарядов до войны и в начале войны сами по себе есть абсурдный миф. В ходе войны выпуск тяжелых снарядов нарастал лавинообразно. С началом войны началось расширение выпуска тяжелых снарядов на Пермском заводе. Уже в 1914 г. завод дал 161 тыс. тяжелых снарядов всех видов (вплоть до 14 дм), в 1915 г. – 185 тыс., в 1916 г. – 427 тыс., в том числе выпуск 48-лин снарядов был с 1914 г. учетверен (до 290 тыс). Уже в 1915 г. выпуск тяжелых снарядов велся на 10 казенных и частных заводах с постоянным расширением выпуска. Дополнительно с 1915 г. был начат массовый выпуск тяжелых снарядов (вплоть до 12 дм) на группе Путиловских заводов – в 1915 г. сдано 140 тыс. снарядов, а в 1916 г.- уже около 1 млн. В 1917 г., несмотря на начавшийся развал, группой изготовлено 1,31 млн. тяжелых снарядов. Наконец, организация Ванкова изготовила за год с конца 1916 г. по конец 1917 г. более 600 тыс. готовых тяжелых снарядов, освоив новый для России выпуск снарядов из сталистого чугуна. Подводя итоги выпуска тяжелых снарядов в России до революции, нужно обратить внимание, что Барсуков, на которого любят ссылаться, приводит очевидно неверные данные по выпуску тяжелых снарядов в 1914 г. – якобы всего 24 тыс. 48-дм снарядов и 2100 гранат 11-дм, что противоречит всем известным данным и его же сведениям о выпуске снарядов по отдельным заводам (такие же неправильные данные у него и по 3-дм снарядам). Приводимые таблицы в издании Маниковского еще более бестолковы. Согласно же «Всеподданейшему отчету по Военному министерству за 1914 г», с 1 августа 1914 г. по 1 января 1915 г. только в действующую армию было фактически подано 446 тыс выстрелов для 48-лин гаубиц, 203,5 тыс. выстрелов для 6-дм гаубиц, 104,2 тыс выстрелов для 42-лин пушек, и это не считая снарядов других типов. Таким образом, оценочно только в последние пять месяцев 1914 г. было выпущено минимум 800 тыс. тяжелых снарядов (что совпадает с данными по заделу на начало войны). Документ 1915 г. «Свод сведений о снабжении армии артиллерийскими снарядами» в «Военной промышленности России» дает выпуск примерно 160 тыс. тяжелых сухопутных снарядов в последние 4 месяца 1914 г., хотя неясно из текста, насколько эти данные полны. Есть подозрения, что у Барсукова также занижено производство снарядов тяжелой артиллерии в 1915-1916 гг. Так, согласно Барсукову, в 1915 г. в России было изготовлено 9,568 млн. снарядов всех типов (включая 3 дм) и еще 1,23 млн снарядов получен из заграницы, а в 1916 г. – изготовлено 30,975 млн снарядов всех типов и еще около 14 млн. получено из-за границы. Согласно же «Всеподданейшим отчетам по Военному министерству», в 1915 г. в действующую армию было подано более 12,5 млн. снарядов всех типов, а в 1916 г. – 48 млн. снарядов (включая 42 млн 3-дм). У Маниковского цифры по подаче в армию снарядов в 1915 г. сопадают с «Отчетом», однако цифра подачи за 1916 г. меньше в полтора раза – он дает всего 32 млн. снарядов, включая 5,55 млн. тяжелых. Наконец, согласно другой таблице Маниковского, в 1916 г. в войска было подано 6,2 млн. тяжелых снарядов и плюс 520 тыс. выстрелов для французских 90-мм пушек. Если по 3-дм снарядам цифры у Барсукова более-менее «бьются», то по снарядам более крупных калибров при принятии на веру цифр Барсукова образуются явные несообразности. Приводимая им цифра выпуска 740 тыс. тяжелых снарядов в 1915 г. при выпуске минимум 800 тыс за пять месяцев 1914 г. совершенно несообразна и противоречит всем известным данным и очевидным тенденциям – и данным того же Маниковского о подаче в армию 1,312 млн. тяжелых снарядов в 1915 г. По моему мнению, выпуск тяжелых снарядов в 1915-1916 гг. у Барсукова занижен примерно на 1 млн. выстрелов (видимо, за счет неучета продукции каких-то заводов). Есть также сомнения о статистике Барсукова по 1917 г. Впрочем, даже если принять на веру цифры Барсукова, то в 1916 г. в России было изготовлено 4 млн. тяжелых снарядов, а в кризисном 1917 г., несмотря на всё – уже 6,7 млн. При этом, по данным Барсукова выходит, что выпуск 6-дм гаубичных снарядов в 1917 г. увеличился по отношению к 1915 г. в 20 раз (!) – до 2,676 млн., а 48-лин гаубичных снарядов – в 10 раз (до 3,328 млн). Фактическое увеличение, на мой взгляд, было несколько меньшим, но тем не менее, цифры впечатляют. Таким образом, Россия только с 1914 по 1917 г. изготовила от 11,5 млн (оценка Барсукова) и до порядка минимум 13 млн. (моя оценка) тяжелых снарядов, и еще до 3 млн. тяжелых снарядов было получено по импорту (с 90-мм). В реальном исчислении все это означало, что русская тяжелая артиллерия достаточно быстро преодолела «снарядный голод», а в 1917 г. начала складываться ситуация переизбытка боеприпасов тяжелой артиллерии – так, 42-лин пушки в действующей армии имели на январь 1917 г. по 4260 выстрелов на ствол, 48-лин и 6-дм гаубицы к сентябрю 1917 г. – до 2700 выстрелов на ствол (при том, что немалая часть – более половины - громадного выпуска снарядов этих типов 1917 г. так и не попала уже в войска). Даже массовое развертывание выпуска тяжелой артиллерии в 1917-1918 гг. вряд ли изменило бы эту ситуацию. Наиболее показательно, что даже крайне завышенные и неоправданные требования Ставки от декабря 1916 г. на 1917 г. – 6,6 млн снарядов 48-лин и 2,26 млн снарядов 6-дм – были по 6-дм перекрыты фактическим выпуском этого провального 1917 г. Впрочем, как было отмечено, фактически производство только раскочегаривалось, результаты чего проявились именно в 1917 г. Скорее всего, без революции можно было ожидать дачи в 1917 г. до 10 млн. тяжелых снарядов. Шло расширение производства тяжелых снарядов на Путиловской группе, а также рассматривалась возможность загрузки организации Ванкова массовым производством 48-лин и 6-дм гаубичных снарядов по окончании выполнения ею заказа на 3-дм гранаты. Судя по темпам выпуска этих тяжелых снарядов организацией Ванкова в 1917 г., успехи здесь также могли бы быть очень значительными. Наконец, под массовый выпуск тяжелых снарядов рассчитывался наиболее крупный из реализуемых в ПМВ проектов русского ОПК – большой сталелитейно-снарядный казенный завод в ст. Каменской Области Войска Донского. Первоначально завод был спроектирован и санкционирован строительством в августе 1915 г. как сталелитейный по выпуску оружейной стали и оружейных стволов с проектной производительностью в год 1 млн. ружейных стволов, 1 млн. снарядов 3-дм, и более 1 млн. пудов «спецсталей». Сметная стоимостью такого производства была в 49 млн. руб. В 1916 г. проект завода был дополнен созданием на нем мощнейшего в России казенного снарядного производства с планируемым выходом в год 3,6 млн 6-дм снарядов, 360 тыс. 8-дм снарядов и 72 тысячи 11-дм и 12-дм снарядов. Общая стоимость комплекса достигла 187 млн. руб., оборудование было заказано в США и Великобритании. Строительство было начато в апреле 1916 г., к октябрю 1917 г. велось сооружение основных цехов, но из-за развала доставлена только небольшая часть оборудования. В начале 1918 г. постройка была окончательно остановлена. Оказавшись в эпицентре Гражданской войны, недостроенный завод был расхищен и фактически ликвидирован. Ещен один сталеделательный казенный завод строился с 1915 г. в Луганске с проектной производительностью 4,1 млн. пудов оружейных сталей в год. Минометы и бомбометы. Производство минометного и бомбометного вооружения до начала ПМВ в России отсутствовало и развернулось широким фронтом начиная с 1915 г., в основном за счет поделючения частных предприятий по линии ЦВПК. Если в 1915 г. было сдано 1548 бомбометов и 1438 минометов (без учета импровизированных и устаревших систем), то в 1916 г. - уже 10850 бомбометов, 1912 минометов и 60 окопных мортир Эрхардта (155 мм), а выпуск боеприпасов для минометов и бомбометов возрос с 400 тыс. до 7,554 млн. выстрелов, то есть почти в 19 раз. К октябрю 1916 г. потребности войск в бомбометах были покрыты на 100%, а в минометах – на 50%, и ожидалось полное покрытие к 1 июля 1917 г. В итоге к концу 1917 г. бомбометов в армии было вдвое против штата (14 тысяч при штате 7 тысяч), минометов малых калибров – 90% штата (4500 при штате 5 тысяч), минометов крупных калибров для ТАОН - 11% (267 единиц) от запроектированной громадной потребности в 2400 систем. В боеприпасах для бомбометов был достигнут явный переизбыток, в связи с чем их выпуск в 1917 г. сворачивался с переориентацией на производство мин для минометов, в которых была нехватка. В 1917 г. ожидалось изготовление 3 млн. мин. На 1917 г. предусматривалась переориентация производств с бомбометов на минометы (в 1917 г. по Барсукову произведено 1024 миномета, но есть подозрения, что его данные по 1917 г. явно неполные, что подтверждается его же данными по наличию систем в войсках), а также наращивание выпуска систем крупных калибров (так, на Металлическом заводе начался выпуск 155-мм окопных мортир собственного производства – сдано за год 100 единиц, осваивался также выпуск 240-мм минометов). Еще 928 бомбометов, 185 минометов и 1,29 млн. единиц боеприпасов к ним было до конца 1917 г. получено по импорту (данные, возможно, тоже неполные). Ручные гранаты. Производство ручных гранат велось до начала ПМВ в незначительных количествах для крепостей. Выпуск гранат в России в основном силами мелкой частной промышленности в 1915-1916 гг. нарастал в колоссальных количествах, и вырос с января 1915 г. по сентябрь 1916 г. в 23 раза – с 55 тыс. до 1,282 млн. штук. Если в 1915 г.. было изготовлено 2,132 млн. гранат, то в 1916 г. – уже 10 млн. Еще 19 млн. гранат было в 1915-1916 гг. получено по импорту. В январе 1917 г. была заявлена потребность поставки армии в месяц 1,21 млн ручных гранат (или 14,5 млн на год) что вполне покрывалось достигнутым уровнем русского производства. Винтовочных гранат было изготовлено в 1916 г. 317 тысяч и ожидалась поставка в 1917 г. до 600 тысяч. В январе 1917 г. было заказано также 40 тысяч мортирок Дьяконова и 6,125 млн выстрелов к ним, но из-за начавшегося развала массовый выпуск так и не был налажен. Порох. К началу ПМВ порох для военного ведомства вырабатывался на трех казенных пороховых заводах – Охтенском, Казанском и Шосткенском (Черниговской губ.), максимальная производительность каждого из которых оценивалась в 100 тыс. пудов пороха в год., а для морского ведомства – также на Шлиссельбургском частном заводе мощностью до 200 тыс. пудов. На заводах и складах запасы пороха составляли 439 тыс. пудов. С началом войны начались работы по расширению всех четырех заводов – так, мощности и количество занятых на Охтенском заводе были увеличены втрое. К 1917 г. мощность Охтенского завода была доведена до 300 тыс.пудов, Казанского – до 360 тыс. пудов, Шосткенского – до 445 тыс пудов, Шлиссельбургского – до 350 тыс. пудов. Одновременно начиная с 1915 г. рядом со старым Казанским заводом был сооружен новый Казанский пороховой завод мощностью еще 300 тыс. пудов, начавший работу в 1917 г. В 1914 г. еще до войны Военным ведомством начато строительство мощного Тамбовского казенного порохового завода мощностью до 600 тыс. пудов в год. Завод обошелся в 30,1 млн. руб и начал работу в октябре 1916 г., однако из-за развала 1917 г., только-только приступил к функционированию. Одновременно для выполнения заказов Морского ведомства в начале 1914 г. был начат строительством частный завод Барановского (Владимирский) проектной мощностью 240 тыс. пудов. в год. После начала войны заказанное в Германии оборудование пришлось перезаказывать в США и Великобритании. Завод Барановского был введен в действие в августе 1916 г., хотя продолжал оборудоваться, и до конца 1917 г. произвел 104 тыс. пудов пороха. В конце 1916 г. завод был национализирован. Производство бездымного пороха (с учетом Шлиссельбургского завода) в 1914 г. составило 437,6 тыс. пудов, в 1915 г. – 773,7 тыс., в 1916 г. – 986 тыс. пудов. Благодаря реконструкции к 1917 г. мощности были доведены до 2 млн. пудов, однако отдачу от этого ввиду революции получить уже не успели. До этого основные потребности приходилось покрывать импортом, составившим 2 млн. пудов бездымного пороха в 1915-1916 гг (200 тыс в 1915 г. и 1,8 млн. в 1916 г.). Летом 1916 г. была начата постройка Самарского казенного порохового завода мощностью 600 тыс. пудов сметной стоимостью 30 млн. руб, на американском оборудовании, причем в числе прочего целиком был куплен пироксилиновый завод американской фирмы Nonabo. Практически все оборудование прибыло в Россию, но в 1917 г. строительство резко затормозилось и в 1918 г. сошло на нет, а оборудование в итоге уже при Советах было распределено между «старыми» пороховыми заводами. Таким образом, в 1918 г. суммарные мощности порохового производства в России могли достичь 3,2 млн. пудов в год, усемирившись по сравнению с 1914 г., что позволяло фактически освободиться от импорта. Этого количества пороха была достаточно для производства 70 млн. зарядов для 3-дм снарядов и 6 млрд. патронов. Следует также добавить, что рассматривалась возможность выдачи заказов на освоение производства порохов частным химическим заводам. Замечу, что в начале 1917 г. общая потребность на последующие полтора года войны (до 1 июля 1918 г.) определялась в 6,049 млн пудов бездымного и 1,241 млн. пудов дымного пороха. Кроме того, в 1916-1917 гг. было осуществлено строительство Ташкентского казенного хлопкоочистительного завода стоимостью 4 млн. руб начальной мощностью 200 тыс. пудов очищенного материала в год с перспективами последующего резкого расширения. Взрывчатые вещества. Выпуск тротила и снаряжение боеприпасов Военного ведомства до ПМВ вели Охтенский и Самарский заводы взрывчатых веществ. С началом войны мощности обеих заводов были расширены многократно. Охтенский завод дал 13,95 тыс пудов тротила в 1914 г., но его тротиловое производство было сильно повреждено взрывом в апреле 1915 г. Самарский завод увеличил выпуск тротила с 1914 по 1916 гг. вчетверо – с 51,32 тыс. пудов до 211 тыс. пудов, а тетрила в 11 раз – с 447 до 5187 пудов. Снаряжение снарядов на обоих сзаводах возросло в этот период в 15-20 раз – так, по 3-дм снарядам на каждом с 80 тысяч до более чем 1,1 млн. ед. Тяжелых снарядов Самарский завод в 1916 г. снарядил 1,32 млн, и плюс 2,5 млн. ручных гранат. Шлиссельбургский завод Морского ведомства давал к 1916 г. до 400 тыс. пудов тротила, Грозненский завод морского ведомства – 120 тыс. пудов, кроме того к выпуску тротила были подключены 8 частных заводов. Пикриновая кислота до ПМВ выпускалась на двух частных заводах, а уже в 1915 г. – на семи, причем в России был разработан синтетический способ получения пикриновой кислоты из бензола, освоенный двумя заводами. На двух заводах было освоено производство тринитроксиола и двух – динитронафталина. Общее количество предприятий по выпуску ВВ для ГАУ возросло с четырех к началу ПМВ до 28 на январь 1917 г. Общая их мощность на январь 1917 г. составляла 218 тыс. пудов в месяц, в т.ч. 52 тыс пудов тротила, 50 тыс пудов пикриновой кислоты, 60 тыс. пудов аммиачной селитры, 9 тыс пудов ксилола, 12 тыс пудов динитронафталина. Это означало утроение по сравнению с декабрем 1915 г. Фактически в ряде случаев мощности были даже избыточными. В 1916 г. Россия выработала всего 1,4 млн. пудов ВВ, а импортировала 2,089 млн пудов ВВ (в т.ч. 618,5 тыс. пудов тротила) и 1,124 тыс. пудов аммиачной селитры. В 1917 г. ожидался перелом в пользу собственного производства, а в 1918 г. оценочно должен был быть достигнут объем русского производства ВВ не менее 4 млн. пудов без учета аммиачной селитры. Еще до ПМВ ГАУ было спланировано строительство Нижегородского завода взрывчатых веществ. Постройка была начата в начале 1916 г. при сметной стоимости 17,4 млн. руб и плановом выходе в год 630 тыс пудов тротила и 13,7 тыс пудов тетрила. К началу 1917 г. были возведены основные сооружения и начат завоз оборудования. Из-за развала все приостановилось, однако позднее при Советах завод уже был введен в действие. Осенью 1916 г. была санкционирована постройка также Уфимского завода взрывчатых веществ стоимостью 20,6 млн. руб и производительностью в год 510 тыс пудов тротила и 7 тыс пудов тетрила и снаряжательной мощностью в год 6 млн 3-дм. и 1,8 млн тяжелых снарядов, а также 3,6 млн ручных гранат. Из-за революции дальше выбора площадки дело не пошло. В 1915-1916 гг. был построен специальный Троицкий (Сергиевский) снаряжательный завод близ Сергиева Посада. Стоимость 3,5 млн руб, мощность 1,25 млн. ручных гранат в год, а также выпуск капсблей и запалов. Построено также шесть снаряжательных мастерских по снаяряжению ручных гранат и мин для минометов и бомбометов. Для получения бензола (для выработки толуола и пикриновой кислоты) в 1915 г. в Донбассе в короткий срок были построены Макеевский и Кадиевский казенные заводы, а также принята программа постройки 26 бензольных частных заводов, из которых к началу 1917 г. были введены 15. На трех из этих заводов получался также толуол. В Грозном и Екатеринодаре к концу 1916 г. были по контракту с ГАУ организованы частные производства по извлечению мононитротолуола из бензинов мощностью соответственно 100 и 50 тыс. пудов в год. В начале 1916 г. был пущены также Бакинский и Казанский заводы по получению толуола из нефти, мощностью соответственно 24 тыс. (в 1917 г. планировалось увеличить до 48 тыс.) и 12 тыс. пудов толуола. В итоге выпуск толуола в России вырос с нуля до 28 тыс. пудов в месяц к маю 1917 г. Затем в Баку была начата постройка трех частных заводов этого назначения (включая Нобеля), введенных в строй в 1917 г. Для выпуска синтетического фенола (для выработки пикриновой кислоты) были в 1915-1916 гг. построены четыре завода, давших 124,9 тыс. пудов в 1916 г. До ПМВ серная кислота вырабатывалась в России в объеме 1,25 млн. пудов в месяц (из них 0,5 млн пудов в Польше), при этом ¾ сырья импортировалось. В течении года с декабря 1915 г. было введено в строй 28 новых частных заводов про производству серной кислоты с увеличением месячного производства в России с 0,8 млн до 1,865 млн. пудов. Добыча серного колчедана на Урале была утроена за полтора года с августа 1915 г. Азотная кислота вырабатывалась в России из чилийской селиты, объем ежегодного импорта которой составлял 6 млн. пудов. Для выработки азотной кислоты из русских материалов (аммиака) этого была развернута целая программа и в 1916 г. построен опытный казенный завод в Юзовке производительностью 600 тыс. пудов аммиачной селитры в год, по образцу которого планировалась к строительству сеть заводов, из которых успели построить два в Донбассе. Осенью 1916 г. была также санкционирована постройка в Грозном крупного завода цианамида кальция для получения связанного азота. В 1916 г. было начато строительство крупного Нижегородского завода азотной и серной кислот с выходом 200 тыс. пудов азотной кислоты в год. На реке Суне в Олонецкой губернии был в 1915 г. начат постройкой Онежский завод по получению азотной кислоты по дуговому способу из воздуха. Стоимость этого предприятия составляла нехилую сумму 26,1 млн. руб. К 1917 г. произведена лишь часть работ и из-за развала все остановлено. Интересно, что главным мотивом ускорения работ по сооружению и модернизации пороховых производств и производства ВВ с 1916 г. являлось откровенное желание избавиться от импорта порохов и ВВ (а также материалов по их производству) «к новому Берлинскому конгрессу» в условиях возможного противостояния бывшим союзникам. Особенно это касается налаживания производдства азотной кислоты, которое прямо связывалось руководством ГАУ с возможностью британской морской блокады в случае конфронтации при будущем мирном урегулировании. Отравляющие вещества. Освоение выпуска ОВ в России форсированным путем началось летом 1915 г. Первым делом на двух заводах в Донбассе было уже к сентябрю налажено производство хлора, и его выпуск к осени 1916 г. составлял 600 пудов в сутки, что покрывало заявки фронта. Параллельно в Финляндии велась постройка казенных хлорных заводов в Варгаузе и Каяне стоимостью 3,2 млн. руб. суммарной мощностью также 600 пудов в сутки. Из-за фактического саботажа строительства со стороны финского Сената заводы были закончены только к концу 1917 г. В 1915 г. в короткий срок в Донбассе был построен Глобинский военно-химический казенный завод, сперва выпускавший хлор, но в 1916-1917 гг. переориентированный на выпуск в год 20 тыс. пудов фосгена и 7 тыс. пудов хлорпикрина. В 1916 г. построен и в начале 1917 г. введен Казанский казенный военно-химический завод стоимостью 400 тыс. руб и с выходом в год 50 тыс. пудов фосгена и 100 тыс. пудов хлора. Под производство фосгена были ориентированы еще четыре частных завода, два из которых начали давать продукцию в 1916 г. Хлорпикрин выпускался на 6 частных заводах, хлористый сульфурин и хлористый ангидрид – на одном заводе, хлорное олово – на одном, цианистый калий – на одном, хлороформ - на одном, хлористый мышьяк – на одном. Всего выпуском отравляющих веществ в 1916 г. занималось уже 30 заводов, а в 1917 г. ожидалось подключение еще 11, включая обеих финских хлорных. В 1916 г. было снаряжено 1,42 млн. химических 3-дм снарядов. Можно еще отдельно написать про производство трубок и взрывателей, оптики, предметов снабжения и пр., но в общем там мы везде видим всю ту же тенденцию – совершенно феерические масштабы расширения военного производства в России в 1915-1916 гг., массовое подключение частного сектора, строительство новых крупных современных казенных предприятий, давших бы возможность еще более грандиозного расширения выпуска в 1917-1919 гг. с реальными перспективами полного избавления от импорта. Михайлов определял сметную стоимость Большой программы строительства военных заводов в 655,2 млн. руб, фактически с учетом ряда других предприятий она была не менее 800 млн. руб. При этом проблем с выделением этих средств не испытывалось, а строительство крупных военных предприятий велось во многих случаях ударными темпами. Краткие выводы: 1) Россия добилась колоссального и до сих пор недооцениваемого скачка военного производства в 1914-1917 гг. Рост военного производства и развитие ОПК в 1914-1917 гг. были, вероятно, наиболее масштабными в отечественной истории, превосходя в относительных цифрах любые скачки военного производства в советский период (включая ВОВ). 2) Многие узкие места в снабжении и военном производстве были успешно преодолены и к 1917, а тем более 1918 г. русская промышленность готова была в изобилии снабдить русскую армию почти всем необходимым. 3) Разогнанные объемы военного производства и реальные перспективы его дальнейшего наращивания позволяли в 1918 г. русской армии выйти на параметры обеспечения по основным видам сухопутного вооружения (в первую очередь артиллерии), сопоставимые с армиями западных союзников (Франции). 4) Рост военного производства в России в 1914-1917 гг. обеспечивался огромной по масштабам мобилизацией частной и казенной промышленности, а также наращиванием производственных мощностей и строительством новых предприятий, с колоссальнейшим объемом государственных инвестиций в военное производство. Многие из построенных либо начатых в указанный период военных предприятий составили основу отечественного ОПК в своих специализациях на межвоенный период и даже далее. Российская империя продемонстрировала высокие способности инвестированию в военную промышленность и реальные возможности гигантского увеличения мощностей и возможностей РПК в кратчайшие сроки. Таким образом, приписывать такие возможности только Советской власти нет никаких оснований, кроме религиозных. Советская власть скорее продолжала традиции организации и развития русской военной промышленности позднеимперского периода, нежели принципиально превосходила их. P.S- corporatelie. Точка зрения интересная, хотя местами спорная, данные еще более интересные, но совершенно ясно чем занимались инженеры. На мой взгляд.
  2. Похоже на стакан порохового заряда для 122мм шрапнельника, но мне не попадался, скорее по первухе. Буквы не видно ЕБ 4? Много боеприпасов изготавливали частные компании.
  3. Очень похож на 6-и дюймовый шрапнельный снаряд австро-венгерский.
  4. Юго-Запад не подойдет?
  5. Поддержу. Шашка от ПОМЗ.
  6. Боеприпас называется Нудельман-Суранов НС-37, Был и НС- 45 но очень редкий. На первом фото ОФ 45 мм без головы.
  7. На крайнем фото два "огурца" , которые использовались как ручные гранаты, бакелитовая жопка откручивалась, а там веревочка которая запускает терочный замедлитель, как на колотухе. Гуано все утоплено, а железо разойдется по друзьям и школьным музеям. Продажа ни когда не рассматривается.
  8. Из альбома Душевный выезд

  9. Из альбома Душевный выезд

  10. Из альбома Душевный выезд

  11. Из альбома Душевный выезд

  12. Инженерный заряд на 1 кг kaste2.sized.jpg Он самый, корпус от 1 кг.